G. (gerostratus) wrote,
G.
gerostratus

Category:

Дзенские притчи II

0000

***
Когда Банкей читал проповедь в храме Рёмон, священник Синсю, который верил в спасение через повторение имени Будды Любви, позавидовал его большой аудитории и решил поспорить с ним.
Банкей дошёл до середины беседы, когда появился священник, но тот произвёл столько беспорядка, что Банкей прекратил проповедь и спросил о причине шума.
— Основатель нашей секты, — хвастливо начал священник, — обладал такой сверхъестественной властью, что, стоя на одном берегу реки с кистью в руке, он мог через воздух написать имя Амиды на листе бумаги, который держал его помощник на другом берегу реки. Можешь ли ты совершить такое чудо?
Банкей легко ответил:
— Очень возможно, что ваша лиса могла проделывать такой трюк, но это не в обычае Дзэн. Мое чудо в том, что если я голоден, я ем, а если я хочу пить — пью.


***
Беседы мастера Банкея посещали не только ученики дзэн, но и вообще лица всякого звания и разных сект. Он никогда не цитировал сутр, не вступал в схоластические обсуждения. Но слова шли прямо из его сердца в сердца слушателей.
Его многолюдные собрания очень раздражали священника секты Нитирэн, последователи которой также ходили слушать о дзэн. Самолюбивый священник пришёл в храм, решив поспорить с Банкеем.
— Эй, дзэнский учитель! — позвал он, — подожди-ка минутку. Всякий, кто тебя уважает, будет повиноваться твоим словам, но вот если человек вроде меня тебя не уважает, сможешь ли ты заставить его подчиниться?
— Подойди ко мне, и я это покажу, — сказал Банкей. Священник принялся горделиво расталкивать толпу, пробиваясь к учителю.
Банкей улыбнулся:
— Стань от меня слева.
Священник повиновался.
— Нет, — сказал Банкей, — будет лучше разговаривать, если ты станешь справа. Пройди сюда.
Священник гордо пошёл направо.
— Видишь, — заметил Банкей, — ты меня слушаешься, и я думаю, что ты очень добрый человек. А теперь сядь и слушай.

***
Повар-монах Дейрио в монастыре Банкея решил, что он должен как следует заботиться о здоровье своего старого учителя и давать ему только свежее мисо — тесто из соевых бобов, смешанных с пшеницей и дрожжами, которое очень быстро скисает. Банкей, заметив, что ему дают лучшее, чем ученикам, мисо, спросил:
— Кто сегодня готовит?
Дейрио послали к нему, и Банкею было разъяснено, что из-за его возраста и положения ему необходимо есть свежее мисо. Банкей сказал повару:
— Тогда я совсем перестану есть.
Он вошёл в свою комнату и закрыл дверь. Дейрио, сидя за дверью, умолял учителя простить его. Банкей не отвечал. Семь дней Дейрио сидел под дверью, а Банкей в запертой комнате. Наконец, монах в отчаянии воззвал к Банкею:
— Может быть, ты прав, старый учитель, но твой молодой ученик должен поесть, иначе он уже больше никогда не сможет ходить.
Банкей открыл дверь. Он улыбался. Он сказал Дейрио:
— Я хочу есть ту же пищу, что и самый последний из моих учеников. Когда ты станешь учителем, я хочу, чтобы ты не забывал об этом.
***
Когда Банкей проводил свои недели в медитации, с разных концов Японии собирались ученики, чтобы учиться у него. Во время одного из таких собраний поймали ученика-воришку. Об этом сообщили Банкею и попросили его прогнать преступника.
Банкей не обратил на этот случай внимания. Позднее этого ученика снова поймали за таким же занятием, и снова Банкей не стал рассматривать дело. Это рассердило остальных учеников, и они написали прошение, в котором просили удалить воришку, в противном случае они покинут его в полном составе.
Когда Банкей прочёл прошение, он собрал всех и сказал:
— Вы — мудрые братья. Вы знаете, что хорошо, а что плохо. Вы можете идти, куда хотите, и учиться там. Но этот заблудший брат не может отличить хорошего от плохого. Кто же научит его, если не я? Он останется здесь, если даже вы все уйдёте.
Слёзы потекли по лицу воришки. Всё желание красть пропало.
***
Когда умер Мастер Банкей, один слепец, живший рядом с храмом, рассказывал своему другу:
— Из-за того, что я слеп, я не могу наблюдать за лицом человека, поэтому я сужу о нём по звуку его голоса. Обычно, когда я слышу, как кто-то поздравляет другого с его успехами или счастьем, я слышу также тайный голос зависти. Когда выражается соболезнование о несчастье другого, я слышу удовольствие и удовлетворение, как будто соболезнующий на самом деле доволен, будто в своём собственном мире он остаётся в выигрыше. Однако, несмотря на весь мой опыт, в голосе Банкея я слышал одну только искренность. Когда он выражал счастье, я не слышал в его голосе ничего, кроме счастья; когда он выражал печаль — единственное, что я слышал, была печаль.
Tags: философия
Subscribe

promo gerostratus march 30, 2015 18:51 4
Buy for 20 tokens
Разместил в Сети Кот То ;)
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 3 comments